17 мая 1980
5918

О роли в `Короле Лире`.

Эдмунд в "Короле Лире" - характер одновременно исторический и современный. Размах страстей подлинно шекспировский, но про эту роль никак не скажешь, что она сделана на одном темпераменте. Эдмунд - не традиционный театральный злодей, а дерзкий честолюбец, чьи энергия и волевое начало могут подчас выглядеть вполне привлекательно. Сбегая с лестницы, он легко и по-спортивному изящно перемахнет через перила, сразу вызвав в зрительской памяти сходство с Донатасом. Но сходство этим и исчерпывается, потому что Донатас был характером неуправляемым, анархическим. Этот же контролирует себя постоянно. Он делает себя сам - свой характер, свою головокружительную карьеру, презрев все человеческие связи, проходя по трупам. Цену себе он знает. И при его вулканическом темпераменте контролировать себя трудно. Трудно ему и лицемерить, хотя приходится. Но все это до времени. Перейдя положенный предел, он не станет щадить чувства окружающих. Он станет самим собой.

- Я то, что я есть, и был бы тем же самым, если бы самая целомудренная звезда мерцала над моей головой, - победно сверкнув глазами, вымолвит Эдмунд - Адомайтис в начале фильма. Но это пока лишь признание самому себе. Для других он до срока - преданный сын своего отца и верный подданный короля.

Упоенный битвой, Эдмунд, нехотя выслушивает признание влюбленной в него Реганы. Диалог происходит на фоне полыхающих стен, и у Эдмунда нет времени на объяснения. Он слушает и не слышит, его не остывший еще после сражения пылающий взор - там, где дерутся. Потом та же сцена повторится с Гонерильей. И опять - нездешний блеск в глазах и неумолчный зов битвы. Боец он прирожденный. И в сцене последнего поединка истинный характер Эдмунда прорывается наружу. Не зная еще, кто его противник, он не может испытывать к нему настоящей ненависти. И поединок для Эдмунда пока лишь вопрос чести. Но и самоутверждения тоже. Отвагой и мужественностью его бог не обделил, и здесь он в своей стихии. Ему важно восстановить пошатнувшееся самоуважение. Разудалая лихость, читаемая во всей его фигуре в начале поединка - при том, что лицо прикрыто забралом, - очень скоро сменится растерянностью. Не утерпев, он стаскивает тяжелый кольчужный наличник, и мы по его разгоряченному и потускневшему как-то сразу лицу видим, что он проиграл. Сам понимает, что проиграл. Потому что для него это был, в сущности, просто спорт, одна из многих драк, не более. А его противник отстаивал попранную справедливость. И победил. Не мог не победить.

- Колесо судьбы совершило свой оборот, - лежа на щите, прохрипит поверженный Эдмунд, вдруг вспомнивший о таких вещах, как судьба, рок, которые раньше для него вообще не существовали. Он сам был своей судьбой.

Эдмунд - натура богато одаренная. В другой, более благоприятной среде его противоречивый характер, героический по своей природе, дал бы, возможно, совершенно иной результат. Здесь же, в мире, построенном на лицемерии и предательстве, он стал тем, кем он стал. В герое Адомайтиса все чрезмерно. И даже самые привлекательные свойства натуры переходят в свою противоположность. Свободолюбие оборачивается жаждой власти, мужественность перерастает в жестокость, неуемная энергия уходит в карьеризм. Гигантский размах эмоций приносит в данном случае эффект даже не минимальный, а просто отрицательный. Ибо все зависит от наполнения этих эмоций. И без основополагающей человечности даже самые привлекательные качества ничего не значат.

Итак, стихийность, как видим, если и есть в характере Эдмунда, то в актерском замысле она рассчитана с самого начала. Как одна из составляющих играемого характера.

АБ Евгений. Регимантас Адомайтис // Актеры советского кино. М.: Искусство, 1972. С. 5-15.

http://www.russiancinema.ru/template.php?dept_id=15&e_dept_id=1&e_person_id=4460
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован